Кальман и его "Принцесса цирка"

Оригинал взят у tvsher в Кальман и его "Принцесса цирка"
Не смогла пройти мимо этой интересной статьи. Сразу скажу, что оперетта моя слабость. Сейчас я спокойней начала относится к этому жанру, а в детстве мной были пересмотрены практически все доступные в то время спектакли. Так что такие имена, как Кальман, Легар, Иоганн Штраус (сын)... для меня не просто имена композиторов.

photo546.jpg


Оригинал взят у helce в Кальман, "Принцесса цирка" и две ее советские экранизации
Может, кому-то будет интересно, выкладываю свою статью об истории создания этой оперетты и двух фильмов по ней.

Краткое пояснение.
Я не искусствовед и не музыковед. И написать это меня побудило именно то чувство, которое вынесено в заголовок данного сообщества. Чувство требовало информации, а информации в интернете было мало. Несколько белых пятен в этой истории осталось для меня до сих пор, так что буду благодарна за дополнения из заслуживающего доверия источника.
И вот информация была собрана и обрела форму. Кто знает, возможно, когда-нибудь новый поклонник этой замечательной оперетты поиском в интернете обретет этот текст и скажет спасибо. :)


Часть 1. История создания оперетты или Что курил либреттист?

1925 год был нелегким годом для Имре Кальмана.
Умирает от туберкулеза его жена Паула Дворжак – милый, умный чуткий друг. Работать становится тяжело. К этому времени маэстро уже стал знаменитостью, от него ждут многого. Оперетты «Княгиня чардаша», «Баядера», «Графиня Марица» прогремели на сценах театров по всему миру – от раскованной Америки до суровой России, да и менее известные «Цыган-премьер», «Осенние маневры», «Голландочка» тоже пользуются успехом. Трудно после «Сильвы», после «Марицы» найти тему для новой оперетты, которая вдохновляла бы не меньше прежних.
И вот Кальману приходит мысль о цирке. «Я уже написал оперетты, - вспоминал он, - действие которых происходит в самом театре, возле театра и за кулисами театра, - теперь мне захотелось написать оперетту, которая игралась бы в цирке». Судя по всему, как раз в это время Кальману в руки попадает переведенная на английский и изданная на Западе книга К.С. Станиславского «Моя жизнь в искусстве», одна из глав которой называется «Цирк». В этой главе рассказывается о любви юного Кости к цирку. «Это – самое лучшее место во всем мире!» О том, как он был безумно влюблен в цирковую наездницу, так, что однажды после ее выступления выскочил на манеж и поцеловал подол ее платья. После представления Костя поклялся на образах перед своим лучшим другом, что, когда вырастет, станет директором цирка.
Это дает Кальману сразу две детали для будущей оперетты – готовую комическую пару (недотепу-студента Тони, влюбленного в циркачку) и фамилию директора цирка - Станиславский (что произвело понятно какое впечатление, когда оперетта попала в Россию).
Еще одна идея нашлась сама собой. В середине 20-х годов среди эмигрировавших в Европу из России «осколков старого мира» поднялась волна надежд на реставрацию монархии. Один из отпрысков дома Романовых великий князь Кирилл Владимирович, живший в Париже, объявил себя самодержцем всея Руси. Эта новость была подхвачена прессой. Модная тема вызывает всплеск соответствующих произведений в различных жанрах искусства. Так, в немецкой оперетте Я. Жильбера «Катя-танцовщица» сюжет строится на том, что героиня спасает «великого князя Сашу» для русского престола. В оперетте «Орлов» (1925 год) австрийского композитора Б. Гранихштедтена рассказывается о живущем в Нью-Йорке и мечтающем о русском престоле великом князе Александре, о любви к нему танцовщицы Нади и о знаменитом бриллианте «Орлов». Перед популярной тематикой не устоял даже Ференц Легар. В 1927 году выходит его оперетта «Царевич», в музыке которой отчетливо звучат русские мотивы. Сюжет в этой оперетте развивается вокруг любви некоего русского царевича к танцовщице Соне. Из-за неравенства положений царевич с Соней ради того, чтобы быть вместе, вынуждены покинуть Россию. Но после внезапной смерти отца царевич должен вернуться на родину, так как Россия без царя не может существовать. Соня благородно отказывается от возлюбленного, за что ее потом будет благословлять русский народ. Царевич возвращается в Россию и женится на «принцессе крови», жертвуя своими чувствами ради отечества. Вот такая пошлость наводнила в то время опереточные сцены Западной Европы и Америки.
Кальман тоже подхватывает модную идею, но его позиция оказывается совершенно иной. В 1920 году выходит книга Г. Уэллса «Россия во мгле», которую Кальман тогда же прочел с большим интересом. Его отношение к русской аристократии оказывается сходным с отношением английского писателя и находит отражение в характеристиках действующих лиц новой оперетты. Пружиной, движущей сюжет, становится колоритный интриган, представитель дома Романовых великий князь Сергиус Владимир (Сергей Владимирович?). (Впоследствии во многих зарубежных постановках он сокращается до «Владимира»). Жертвами интриг князя становятся офицер русской армии, молодой гусар Федья Палинский, он же цирковой артист Мистер Икс, и вдова его дяди, княгиня Федора Палинская (ударение в их фамилиях на второй слог).
Тут само собой возникает некоторое недоумение. Если в 17 веке появление знаменитой «развесистой клюквы» было не так уж удивительно, то в 20-м такая небрежность по отношению к русским именам (и некоторым другим деталям) кажется странной. 19-й век, а также начало 20-го знаменательны массой культурных нитей, связывающих Россию с Западом. Романы Толстого, Достоевского, Чехова переводятся на европейские языки и становятся популярными в Европе. (По воспоминаниям родных Кальмана, он любил и часто перечитывал этих писателей). А кроме того, стоит вспомнить, как много российских господ, представителей не только аристократии, но и средней руки интеллигенции, ездили «в сезон» в Париж, Вену, Берлин… А уж после 1918-20 года в Европе появилось множество потенциальных «консультантов» по части русской жизни. Бесспорно, Кальману очень нравились русские имена Федор и Федора - он даже сына своего, родившегося впоследствии от второй жены Веры, назовет Карой (Чарльз) Имре Федор. Но все же странно, что он не поинтересовался или же пренебрег тем, как звучит на самом деле сочетание «аристократки-княгини» с именем Федора. Равно как и директора цирка с фамилией Станиславский. Не менее комичен и ряд других имен, придуманных авторами – полковник граф Саскусин, лейтенант гусарского полка Петрович (судя по всему, это фамилия), барон Пьер Брюсовский и т.д.

Но вернемся к сюжету. Существует еще версия, что Кальман увидел в одном из европейских цирков номер наездников, в котором участвовали российские эмигранты, бывшие военные, кавалеристы. Причем солист и руководитель номера выступал в маске, и якобы в прессе писали, что он известный в России аристократ и из стыда скрывает лицо, появляясь на публике.
Основу же интриги, вокруг которой вертится действие, Кальман позаимствовал из оперетты Миллекера «Нищий студент». Впрочем, следует заметить, что подобный драматический сюжет не являлся изобретением Миллекера, а широко использовался во многих произведениях различных жанров, начиная с 17 века.
Действие «Нищего студента» происходит в 18 веке в Польше, оккупированной имперскими войсками. Отрицательный главный герой, барон Оллендорф, добивается руки Лауры, девушки из обедневшей аристократической семьи. Оскорбленный отказом, он берет из тюрьмы бедного студента Владека, участвовавшего в студенческих протестах против властей, и представляет его матери Лауры как принца. Владек соглашается на это, «потому что на свободе он может сделать много и способствовать освобождению товарищей». Он завоевывает сердце девушки, мать охотно дает согласие на их брак, но на торжественную помолвку коварный барон приводит из тюрьмы под конвоем полицейских толпу оборванных арестантов, товарищей Владека, которые поздравляют молодую чету. Светское общество в ужасе, помолвка расстраивается, Лаура опозорена. Однако в третьем акте зрителей ждет благополучный финал, любовь побеждает все преграды, барон сам попадает в смешное положение, и всех узников освобождают. В качестве необходимой комической пары выступают сестра Лауры, смешная обжора, и товарищ Владека, в интриге выдающий себя за его секретаря.
Несмотря на то, как на первый взгляд серьезна тема сюжета, имеющего политическую подоплеку, оперетта «Нищий студент» куда менее драматична и более комически-легковесна, чем «Принцесса цирка». Во времена Миллекера оперетта еще не имела склонности к психологической драме, как это будет позднее, пока это скорее «комедия положений» с небольшим налетом романтики.

Вооруженные новыми идеями, Кальман и его либреттисты Альфред Грюнвальд и Юлиус Браммер принимаются за новую оперетту. Вот как вспоминает об этом младшая сестра Кальмана: «Ежедневно в два часа дня господа Грюнвальд и Браммер приходят в дом моего брата. Они выпивают несколько литров черного кофе, выкуривают огромное количество сигар и сигарет, рассказывают друг другу смешные истории, говорят о погоде, красивых женщинах, спорят, смеются, ссорятся и кричат». Вера Кальман впоследствии добавит к этой характеристике творческого процесса: «Стоял обыкновенно рев, настоящий рев, как будто в нашем доме происходил аукцион крупного рогатого скота. К двум часам ночи они бросались друг к другу в объятия, бурно мирились и расходились по домам, а на другой день все повторялось снова». К этому описанию сам Кальман отнесся с юмором, признавая его справедливость, и даже процитировал в нескольких интервью и в своих мемуарах. Но тут же добавил, что помимо этого была серьезная работа по 16 часов в сутки, полная творческих мук. «Каждое мое произведение означает для меня борьбу ни на жизнь, а на смерть. Тысячу раз я переделываю и перекраиваю уже прижившиеся партии и тут же отбрасываю их, когда замечаю, что они не входят в логическое построение произведения. Мои либреттисты боятся меня как огня. Мои партитуры полны исправлений и перечеркиваний». Кальман так страшился браться за новый труд, что никогда не пользовался пером. Он писал только карандашами, а потом никогда не выбрасывал огрызки – целая коробка их хранилась долгие годы в его секретере.
Вот так создавалась… нет, даже еще не сама оперетта, не тексты стихов, а лишь сюжет и основные прозаические диалоги. Кальман очень не любил сочинять музыку на готовые стихи, это было для него тяжело и ограничивало его свободу. Стихи по большей части сочинялись позже, к уже написанной композитором музыке. Мелодии могли приходить Кальману в голову в кафе, на прогулке, и он записывал их на первых попавшихся клочках бумаги, даже на своих манжетах. Но особенно он любил сочинять ночью, когда все домашние укладывались спать, в полной тишине, лучше всего, когда светила луна. Шутя, он признавался, что в каждой его оперетте хоть одна лирическая ария должна содержать упоминание о луне.
«Принцесса цирка» писалась около восьми месяцев. Этой оперетте, как и четырем предыдущим, Кальман дал «женское» название, он суеверно считал, что это приносит ему удачу.

Итак.
Действие происходит в 1912 году в Петербурге. В цирке Станиславского с сенсационным номером выступает акробат и наездник, который под куполом цирка исполняет романс на скрипке, затем взмывает в воздух и через мгновение оказывается на спине мчащегося галопом коня. Одно неверное движение, и ему конец. Не меньше интригует и то, что артист всегда выступает в белом костюме Пьеро и черной полумаске, приезжает в цирк уже загримированный, и даже директор цирка не знает его лица, что особо оговорено в его контракте. Номер привлекает множество зрителей, и среди них прекрасная и богатая княгиня Федора Палинская. Княгиня недавно овдовела, и теперь должна в течение шести недель выйти замуж за своего соотечественника, в противном случае все доходы «с земель и приисков» ее покойного мужа уплывут за границу. Как и почему такое может произойти – вопрос к маэстро Кальману и его либреттистам. Вероятно, они считали, что в России возможно многое, и некоторая экзотичность места действия позволяет не соблюдать правдоподобие.
Царь требует, чтобы Федора выполнила условие и вышла замуж в России. Она окружена толпами поклонников. Одним из претендентов на руку прекрасной княгини оказывается двоюродный брат царя, полковник, великий князь Сергей Владимирович. Но Федора раз за разом отказывает ему, при этом выказывая оскорбительный интерес к новой звезде цирка – Мистеру Икс, который признается ей в любви, намекая, что они, возможно, уже раньше встречались. Князь задет вдвойне и задумывает план мести. Он предлагает Мистеру Икс познакомиться с Федорой под аристократическим именем. И тут либреттисты допускают новый прокол, выбирая в качестве «громкой аристократической фамилии» - «князь Коросов» (Карасев?).
Почему же Мистер Икс согласился на такую интригу? Об этом зритель узнает из его разговора с юной наездницей Мабель Гибсон (на иностранном актерском псевдониме настаивает дирекция цирка, на самом деле же ее имя Лиза). «Мой маленький товарищ, я расскажу тебе одну историю. Жил на свете один блестящий молодой гусарский офицер. Однажды в Опере увидел он одну женщину, и так был потрясен ее красотой, что не смог забыть ее никогда. И он спросил у своего дяди, влиятельного вельможи: «Кто эта прелестнейшая женщина? Отныне для меня – если не она, то никто» «Это моя невеста», - ответил взбешенный от ревности дядя. С этого часа Фортуна отвернулась от молодого офицера. Его карьера была разрушена. Он был отослан в дальний пограничный гарнизон. Но он был прекрасным наездником и решил попытать счастья в цирке. (Оставим опять на совести либреттистов, почему аристократ, в течение всей пьесы переживающий из-за своего положения, не удовлетворился вполне приличным для дворянина «пограничным гарнизоном»).
И вот, эта женщина, которая разрушила его жизнь, сидит сейчас в своей ложе и зовется блистательной, прекраснейшей княгиней Палинской. А кто этот молодой офицер, ты и сама можешь догадаться». Сделанное ему великим князем предложение Мистер Икс комментирует коротко: «Это судьба!» Ему удается покорить сердце Федоры.
Параллельно развивается любовная линия комических персонажей – Мабель и Тони, сына хозяйки отеля в Вене.
Шесть недель, назначенные царем Палинской, истекли. Сергей Владимирович устраивает в этот день бал в своем дворце, куда приглашен весь цвет Петербурга. Разумеется, Мистер Икс присутствует тут же, в гусарском мундире, который в продолжение шутки раздобыт для него князем, не подозревающим, что герой когда-то носил этот мундир по праву.
Сергей Владимирович посылает Федоре подложное письмо от царя, в котором ей приказано явиться завтра в императорский дворец, где ей представят избранного для нее государем супруга. Князь предлагает Федоре, чтобы избежать этого, обвенчаться немедленно тут же, в дворцовой церкви. Одновременно он предлагает Мистеру Икс свою помощь, обещая рассказать Федоре всю правду, но «забывает» об этом. Федора предлагает «князю Коросову» жениться на ней, на что тот с восторгом соглашается. Между делом, Тони просит, чтобы одновременно был заключен его брак с Мабель (как они попали на великосветский бал, тоже на совести либреттистов).
Когда обвенчанные Федя и Федора Палинские вступают в зал, то, кроме гостей, там ожидают их приглашенные Сергеем Владимировичем на торжество «коллеги» жениха, цирковые артисты. Великий князь дарит Федоре портрет «принца цирка, Мистера Икс», а присутствующий тут же директор цирка по его повелению раскрывает всю правду. Федора потрясена происшедшим и с презрением отказывается от мужа. Оскорбленный Мистер Икс признается, кто он на самом деле, бросает в лицо княгине обвинение, что из-за нее разрушилась вся его жизнь. Федора пытается попросить прощения, но Палинский уходит вместе с цирковыми артистами.
А как же быть с третьим актом и необходимым для оперетты счастливым концом? Следует отдать должное изобретательности авторов. Через шесть недель после событий в Петербурге великий князь и Федора, находясь в Вене, приходят в ресторан. И конечно, это не случайный ресторан, он находится в отеле «Эрцгерцог Карл», хозяйка которого, госпожа Шлюмбергер – мать Тони. (Гостиница «Эрцгерцог Карл» действительно существовала в Вене в 20-е годы). Между делом благополучно заканчивается любовь «второй линии», Мабель и мадам находят общий язык. В это же время в ресторан приходит Мистер Икс, гастролирующий в Вене. Старый кельнер Пеликан, помогая влюбленным помириться, решает удалить его высочество из ресторана оригинальным способом: включает вентиляцию, вызывающую столь сильный сквозняк, который буквально «выдувает» Сергея Владимировича вон из ресторана. Такой злободневной политической подоплеки не было ни в одной из оперетт Кальмана. Старый официант, человек «из народа», «выдувает» русского великого князя вон. Неудивительно, что подобный драматургический ход в ряде западных театров тут же оказался под запретом, предположительно, не без влияния эмигрантов.

«Принцесса цирка» завершила тетралогию кальмановских оперетт, в которых причиной любовной драмы становилось социальное неравенство - «Княгиня чардаша» (она же «Королева чардаша», «Дитя шантана», «Сильва»), «Баядера», «Графиня Марица».

Весной 1926 года состоялась премьера «Принцессы цирка» в театре «Ан дер Вин» в Вене. А в зимний сезон 1926/27 года она уже попала в Россию. Первая постановка состоялась в Московском театре оперетты, режиссером которого был тогда К.Д. Греков, а художественным руководителем – Г.М. Ярон. Греков, в совершенстве знавший немецкий и его диалекты, сам переводил либретто «Марицы», «Баядеры», «Принцессы цирка». Вместе с Яроном они, как могли, постарались причесать «развесистую клюкву», которая у русских зрителей вызвала бы лишь гомерический хохот, но все равно душок оставался. Роль Мистера Икс Ярон предложил уже приобретшему к тому времени известность Митрофану Днепрову, лирическому тенору, пришедшему в оперетту из оперного театра. Несмотря на то, что эту партию Днепров в своих воспоминаниях называет очень трудной, он выучил ее за восемь дней, и впоследствии она стала одной из его любимых ролей. Сам Ярон сыграл Пеликана (и с того момента надолго стал почти бессменным Пеликаном в Московской оперетте). Он очень сильно дописал роль под себя, добавил массу новых реприз, включая известнейшую «поросеночек рос-рос». Одна из версий пьесы Ярона служила и до сих пор служит основой для многих советских (а ныне российских) постановок этой оперетты. Летом 1927 года оперетта была поставлена в Ленинграде.

Надо сказать, что ни одна оперетта не имела в СССР такого количества драматургических переделок, как «Принцесса цирка». Притом в Москве она могла идти в одном варианте, в Ленинграде в другом, в Ростове – в третьем, и так далее. В Москве «первый комик» изображал русского великого князя Николая Николаевича в эмиграции, в Ленинграде вместо него фигурировал богатый американец, а лакей Пеликан оказывался русским генералом, белоэмигрантом. В дальнейших вариантах оперетты белоэмигранты исчезли. Но место действия продолжало кочевать из Петербурга то в Париж, то в Зальцбург, то в Америку. Графиня меняла национальность и, соответственно, имена – Элеонора Карнеджи, Элла Вердье, Сюзанна де Гранвиль. Наконец отечественные постановщики более-менее остановились на имени Теодора – и звучит благородно, и от оригинала недалеко.
В пылу переделок дошли даже до того, что написали новую пьесу на русский сюжет из 18 века. У Н. Янета, одного из корифеев ленинградской оперетты, хранился любопытный документ – клавир «Принцессы цирка», по которому шла работа. На титульном листе были выписаны варианты названия новой пьесы: «Холопка», «Принцесса-холопка», «Сиятельная холопка», поверх немецкого текста вписан новый русский стихотворный текст. Но, как и следовало ожидать, объединение музыки 20 века, притом венской, с сюжетом из русской жизни 18 века, оказалось неудачным. Решили и музыку написать новую. Ее сочинил советский композитор Н. Стрельников. Так появилась советская историческая оперетта «Холопка», выросшая из «Принцессы цирка» и повторяющая структурно и ритмически клавир последней.
В годы войны на ленинградской сцене «Принцесса цирка» шла в постановке Н. Янета почти совершенно в оригинальном виде, только великий князь был заменен на «министра царского двора барона Фридерикса».

Помимо пьесы Ярона существовало еще немало версий - И. Зарубина, И. Берлянда, А. Прейса и Г Каучер и др. Стихотворные тексты сочинялись О. Фадеевой, И. Петровой, Ю. Айхенвальдом... Тексты также щедро переделывались самими исполнителями и переиздавался потом с ремарками актеров, так что через какое-то время определить авторство той или иной реплики становилось невозможным.

В Германии «Принцесса цирка» была экранизирована дважды – в 1929 году В.Янсоном и позднее в 1970 году М.Кёхлером, когда партию Мистера Икс исполнил знаменитый тенор Берлинской оперы Рудольф Шок. Два раза по ней снимались фильмы и в России.


Продолжение:
Часть 2. http://community.livejournal.com/ru_operetta/97839.html
Часть 3. http://community.livejournal.com/ru_operetta/98262.html
Часть 4. http://community.livejournal.com/ru_operetta/98496.html



Поставлю разные ролики с ариями из этой оперетты, только добавлю, что ария мистера Икс у меня прочно ассоциируется с Георгом Отцом.